Турецкие барьеры и украинская металлургия

Турецкий рынок имеет огромное значение для украинской металлургической промышленности. По данным за январь-ноябрь прошлого года, Турция стала крупнейшим импортером украинской стальной продукции, закупив за 11 месяцев 2,96 млн тонн (14,4% от всего объема ее экспорта), что на 21,3% больше, чем за весь 2012 год. Поэтому любые проблемы, возникающие в турецкой экономике, способны причинить немало неприятностей украинским металлургам. Между тем эти проблемы есть, и они нарастают. За последние два месяца курс турецкой лиры по отношению к доллару опустился на 12-13% вследствие усиливающейся в стране экономической и политической нестабильности.

Долго музыка играла

У Турции и у Украины в экономическом плане немало общего. Более того, в некоторых аспектах Турция в последние два десятилетия может служить для нашей страны как примером для подражания, так и предостережением. Современная Турция – это Украина, какой она могла быть, но – к добру или худу – не стала.

Турция подписала соглашение о таможенном союзе с ЕС еще в 1996 году, получив от него реальную пользу, когда европейские производители текстиля и бытовой техники начали ликвидировать производственные мощности у себя дома, передавая заказы турецким подрядчикам. На рубеже 1990 и 2000 годов Турция начала фактически выполнять те же функции для Евросоюза, что Китай – для США, став крупным поставщиком недорогих, но достаточно качественных промышленных товаров.

Однако высокая коррупция, хронически дефицитный бюджет, перегретый из-за притока спекулятивного капитала финансовый рынок в первые годы сводили все эти преимущества на нет. В 2001 году в Турции вспыхнул финансовый кризис. Тогдашнее правительство попыталось выйти из него с помощью рецептов от МВФ. Итогом стали 100% инфляция, падение жизненного уровня населения и полное переформатирование политического пространства. На выборах 2002 года крупнейшие политические партии страны получили считанные проценты голосов и фактически прекратили свое существование, а к власти пришли умеренные исламисты под руководством нынешнего премьера Тайипа Эрдогана, который, таким образом, правит страной уже более 11 лет.

Исламисты установили в Турции достаточно жесткий авторитарный режим с опорой на консервативные ценности, разделяемые турецкой глубинкой. Но они же обуздали коррупцию и поставили на место государственную бюрократию, заслужив признание деловых кругов. Банковские процентные ставки искусственно поддерживались на низком (ниже инфляции) уровне, что стимулировало экономику, хотя и сдерживало объемы кредитования. Темпы роста турецкой экономики в прошлом десятилетии достигали 7-9% в год.

Кризис 2008 года обернулся для Турции резким падением экспортных доходов из-за спада в Европе. Но низкие процентные ставки помогли национальной экономике пережить и эту беду. Рост ВВП Турции в 2011 году снова достиг 8,8%. Однако цена, заплаченная за возвращение к видимому благополучию, оказалась слишком высокой. Если до 2008 года подъем турецкой экономики опирался на национальную промышленность, то в конце прошлого десятилетия его базой стало строительство. Банки и строительные компании активно брали валютные кредиты за рубежом, вкладывая средства в быстро дорожающую недвижимость, что обеспечивало, помимо всего прочего, высокие темпы роста потребления стальной продукции. В третьем квартале 2013 года обороты в турецкой строительной отрасли превысили показатель аналогичного периода годичной давности на 16,4%.

В то же время подъем, опирающийся на зарубежные кредиты, повысил уязвимость экономики Турции к внешним факторам. Вследствие падения экспорта в Европу, не восстановившегося до сих пор, и слабости рынков Ближнего Востока из-за политических последствий арабской весны 2011 года внешнеторговый баланс страны резко упал в минус. В последние годы Турция, по сути, развивалась в долг. Весной 2013 года дефицит платежного баланса страны достигал 6-10% от ВВП. По оценкам британского банка Barclays, в 2014 году государству, турецким банкам и компаниям понадобится привлечь из-за рубежа 217 млрд долл. Так, 164 млрд понадобится, чтобы рефинансировать текущие долги, и 53 млрд долл., – чтобы покрыть внешнеторговый дефицит по товарам и услугам.

Здоровье турецкой экономики, таким образом, остро зависит от притока средств из-за рубежа, а с этим как раз возникли проблемы. Беспорядки летом 2013 года, когда демонстрации на площади Таксим – стамбульском Майдане – были жестко разогнаны полицией и зародили сомнения у иностранных инвесторов. Обнаружилось, что власть умеренных исламистов Эрдогана не так прочна, как казалось. Затем очень сильный удар по правительству нанес коррупционный скандал, разразившийся в декабре прошлого года, когда по обвинению в коррупции были арестованы 52 высокопоставленных функционера правящей партии. Операция была проведена без согласования с премьером Эрдоганом и инициирована его политическими противниками – ранее союзной ему исламистской группировкой, ориентирующейся на США.

Тайип Эрдоган был вынужден отправить в отставку десять министров, чьи родственники оказались замешаны в скандале (кстати, одним из арестованных был его младший сын). Одновременно вал репрессий обрушился на полицию и прокуратуру, выведших высокопоставленных взяточников на чистую воду. Однако эта история очень сильно испортила имидж самого Эрдогана и его партии, которые больше десяти лет позиционировали себя в качестве борцов с коррупцией. Между тем 30 марта 2014 года в Турции состоятся выборы в местные органы власти, в августе – первые в истории страны прямые президентские выборы, а в 2015 году – парламентские. Страна, таким образом, входит в период политической нестабильности.

Не заставили себя ждать и экономические последствия. Все специалисты в последние месяцы дружно заверяют, что иностранный капитал не бежит из Турции, так что финансовый крах ей не грозит. Однако за 2013 год курс турецкой лиры снизился на 15% по отношению к доллару. Банки и компании вынуждены отправлять больше денег на покрытие долгов и меньше берут зарубежных кредитов. Из-за этого снижаются темпы экономического роста, составившие в прошлом году только 3,6%.

Но наиболее сильным ударом для лиры стал коррупционный скандал в конце года. С середины декабря по середину января лира подешевела на 13% по отношению к доллару. А когда в конце января Федеральная резервная система США объявила о некотором уменьшении масштабов скупки ценных бумаг у национальных банков (фактически долларовой эмиссии), и капиталы со всего мира потекли в США в ожидании роста доходности местных казначейских облигаций, лира вообще рухнула. Тогда Центральному банку Турции пришлось принять отчаянное решение о повышении учетной ставки от 4,5 до 10% – вопреки многолетней политике правительства. Это помогло удержать валютный курс, но поставило под сомнение перспективы экономического роста. Тайип Эрдоган уже заявил, что теперь намеченного на 2014 год 4% увеличения ВВП не будет.

Все эти экономические пертурбации оказали самое непосредственное влияние на турецкий рынок стали. В последние полтора месяца он тоже столкнулся с многочисленными проблемами.

Рынок на паузе

В принципе небольшая девальвация национальной валюты для экспортно ориентированной отрасли – не неприятность, а, скорее, подспорье. Турецкая металлургическая отрасль в значительной мере имеет экспортную направленность: в 2012-2013 годах за границу отправлялось около 54% от выплавленной в стране стали. Однако для Турции все осложнялось тем, что большую часть металлургического сырья – железной руды, металлолома, коксующегося угля – местные компании импортируют, так что снижение валютного курса означает для них увеличение затрат.

Уже в конце 2012 года у некоторых турецких мини-заводов возникли проблемы из-за подорожания металлолома при сохранении относительно невысоких цен на готовый прокат. Вследствие этого данные компании сократили выплавку стали, перейдя на более интенсивное использование покупных полуфабрикатов. Подобное развитие событий оказалось выгодным для украинских производителей. В январе-ноябре 2013 года Турция закупила в Украине 1,88 млн тонн заготовок и слябов – почти на треть больше, чем в 2012 году в целом.

Но в декабре прошлого года, когда турецкая лира снова подешевела по отношению к доллару, события начали развиваться по-другому. Прежде всего, турецкие металлургические компании поспешили поднять внутренние цены, чтобы компенсировать рост затрат на сырье. Стоимость арматуры на местном рынке подскочила от около 1400 лир/тонн EXW в начале декабря до 1480-1520 лир/тонн в первой половине января и 1560-1600 лир/тонн в конце прошлого месяца, когда ослабление национальной валюты достигло пика. При этом в долларовом эквиваленте котировки все это время оставались относительно постоянными – порядка 570-585 долл./тонн EXW.

Данное подорожание совпало со спадом активности в турецком строительном секторе, где девальвация лиры привела к резкому сужению объемов финансирования проектов. В нестабильной экономической ситуации как конечные потребители, так и дистрибуторы предпочли минимизировать складские запасы и перешли на приобретение проката малыми партиями под конкретные текущие потребности. В целом уровень спроса сократился на десятки процентов.

Компенсировать падение на внутреннем рынке расширением экспортных продаж турецким компаниям тоже не удалось. Турецкий экспорт стали в 2013 году и так сократился на 7,3% по сравнению с предыдущим годом, от 19,9 до 18,4 млн тонн. Основной спад пришелся на страны ближневосточного региона – Саудовскую Аравию, Египет, Ливан, ОАЭ. В январе 2014 был короткий период, когда турецких металлургов поддержали американские компании, в течение недели закупившие более 100 тыс. тонн арматуры. Однако в целом объемы продаж в последний месяц были низкими.

Вследствие этого производство стали в Турции в январе уменьшилось. По некоторым данным, уровень загрузки мощностей понизился на 15-20 п.п. по сравнению с концом прошлого года. Параллельно с этим сократился спрос и на украинские полуфабрикаты, вызвав их удешевление в среднем на 10-15 долл./тонн по сравнению с первой половиной января.

При этом в конце января спрос на прокат в Турции и вовсе практически сошел на нет. Потребители отказываются совершать сделки, заявляя, что ожидают стабилизации валютного курса. Между тем проблемы турецкого рынка стали имеют более долгосрочный характер и обуславливаются неустойчивым положением национальной экономики и нестабильной внутриполитической ситуацией. Судя по всему, участники рынка будут выжидать по меньшей мере до начала апреля, когда станут известны результаты местных выборов. И даже тогда не факт, что стабильность восстановится. Высокая зависимость турецкой экономики от строительного сектора, а его, в свою очередь, от валютных кредитов увеличивают риск спада. Не исключено, что спрос на стальную продукцию в стране в этом году сократится.

В то же время турецкая металлургическая ассоциация предсказывает на 2014 год увеличение выплавки стали в стране на 8% по сравнению с прошлым годом, до 37,5 млн тонн. Причинами этого роста объявляются не только улучшение экономической ситуации (что проблематично), но и ввод в строй новых мощностей. В частности, крупнейший производитель длинномерного проката в Турции, компания Kardemir, в середине текущего года планирует ввести в строй новый сталеплавильный комплекс мощностью 1,2 млн тонн в год. Однако этот прогноз, скорее всего, не оправдается.

Правда, для украинских производителей ущерб от спада в Турции может оказаться относительно небольшим. Украинские заготовки пока сохраняют на местном рынке конкурентоспособность по сравнению с металлоломом, а украинский горячий прокат благодаря своей дешевизне пользуется в Турции стабильным спросом. Более того, благодаря запуску нового стана горячей прокатки на заводе компании Habas в середине текущего года появится еще один крупный покупатель товарных слябов – по крайней мере, пока Habas не построит свою слябовую МНЛЗ в 2015 году.

Что касается турецкого экспорта проката и полуфабрикатов, то на большинстве рынков он по меньшей мере не дешевле украинского и заметно более конкурентоспособен по сравнению с ним разве что только в Ираке. Вообще, интересы украинских и турецких металлургов на внешних рынках, как ни странно, пересекаются относительно слабо.

Тем не менее кризис, с которым рискует столкнуться в ближайшее время Турция, не может не беспокоить украинских металлургов. Судя по всему, в этом году вряд ли удастся расширить поставки стальной продукции в эту страну. Хорошо, если они смогут сохранить прошлогодние объемы экспорта.

http://www.minprom.com.ua/

You may also like...